Где лучше в хозотряде или на общем режиме колонии

Именно разносчиков еды в тюрьме видно чаще всего, ведь они появляются возле камеры как минимум три раза в день: во время завтрака, обеда и ужина. Отряд хозобслуживания, или хозбанда, — это люди, осужденные, как правило, за менее тяжкие или преступления средней тяжести. Сроки у них в подавляющем большинстве небольшие и они отбывают наказание не в исправительной колонии, а в самой тюрьме.

ЦЕННЫЙ КАДР

Людей, которые одновременно отбывают наказание и работают в тюрьме, не любят, но и не презирают. Скорее к ним относятся спокойно. Любой знакомый баландер всегда может пригодиться. Через разносчика пищи можно передавать малявы в другие камеры, получать продукты из пищеблока, например, картошку, лук, морковку. Один арестованный позже мне рассказывал, что в их камере всегда была тушенка. В принципе, она должна присутствовать и в обычной тюремной пище. Но, как правило, от тушенки в каше было лишь одно название. У моего знакомого в камере пища оказывалась совсем другой, чем в обычной хате. Это объяснялось просто — баландеру хорошо платили. Любая услуга имела свою цену в сигаретах или шоколаде. Передавалось это все через кормушку между грязными тарелками, которые отдавали после еды. Однажды я за какую-то небольшую услугу положил между шленками (тарелками) пару пачек сигарет. Но, видимо, продольная (это была девушка) это увидела, и сигареты без единого слова влетели через кормушку обратно в камеру.


Другие люди из отряда хозобслуживания также имеют возможность заработать на простых арестантах. Например, тот, кто выдает после душа чистые простыни и наволочки, может дать какую-нибудь рвань, а может выдать аккуратное постельное белье. Особо в тюрьме ценятся простыни домашнего варианта — с цветочками и прочими рисунками.

За то, что некоторые баландеры нередко живут за счет подследственных, их и не любят обычные зеки. Неудивительно, что если за какие-либо нарушения баландер попадает на зону, там к нему относятся, мягко говоря, не очень хорошо.

КАК ПОПАДАЮТ В ХОЗОТРЯД

Находясь в осужденке на Володарке (камере, где сидят арестованные, которым вынесен приговор, и ждут его вступления в законную силу), мне довелось встречаться с некоторыми людьми, которые пошли в хозотряд. Вербовка, как правило, происходит сразу после вынесения приговора. Практически каждого, кто получал небольшие, до 5-6 лет лишения свободы, сроки, через какой-то промежуток времени вызывали для беседы к куму (оперативнику). Во время разговора сотрудник администрации тюрьмы рассказывает все прелести жизни в этом отряде. Любопытно, что звучит это для осужденного весьма заманчиво.

Во-первых, есть возможность после нескольких месяцев в душных переполненных камерах оказаться в нормальном боксе со всеми условиями для жизни — телевизором, спортзалом, библиотекой. Во-вторых, такие осужденные получают хоть и совсем небольшую, но все-таки зарплату. В-третьих (это особенно актуально для минчан), родственникам осужденных не нужно ездить на свидания или передавать посылки в колонии, которые могут находиться достаточно далеко от места проживания. В-четвертых, некоторых осужденных, которым осталось отсидеть совсем небольшой срок, выводят убирать территорию за пределы тюрьмы. Любой, кто хоть немного побывал за решеткой, поймет, что даже 5 минут свежего воздуха на свободе — это незабываемые ощущения. Кроме того, все эти осужденные имеют право на условно-досрочное освобождение через треть или половину срока. Ну и, разумеется, халява от подследственных в виде шоколада и сигарет.

Неудивительно, что некоторые соглашались идти в хозотряд, не волнуясь особо за то, что их репутация среди обычных зеков будет безнадежно испорчена.

Однако такому осужденному жить в тюрьме не так просто, как может показаться. Он постоянно находится между сотрудниками тюрьмы и арестантами.

С одной стороны, от него требуют соблюдения режима и за любую провинность могут наказать, с другой — просят совершать всякие запреты. Естественно, что отказать нельзя ни тем, ни другим. Неудивительно, что такие осужденные нередко не досиживают до конца свой срок в тюрьме — за несколько нарушений их отправляют этапом в лагерь. Мне довелось пересечься с одним таким осужденным. Его из баландеров перевели к обычным арестованным в осужденку за нарушения, где он ждал этапа. К счастью, ему повезло — этому сидельцу оставался всего месяц до конца срока и он вышел на свободу прямо из тюрьмы.

ХОЗОТРЯД В ТЮРЬМЕ N8

Все, что описано выше, имеет отношение исключительно к СИЗО N1. В жодинской тюрьме N8 ситуация совсем иная. Там к баландерам относятся плохо и сами арестанты, и персонал тюрьмы. Находясь в камере, можно было постоянно слышать крики продольных или корпусных на того или иного человека из хозотряда. То не так пол помыл, то не то принес и т.д. Контроль за баландерами также очень жесткий — ни малявы, ни сигареты, ни что-либо другое передать невозможно. Но люди в хозотряд идут и в Жодино, как правило, из-за того, что не хотят ехать по различным причинам в лагерь.

Однажды в тюрьме N8 мне довелось столкнуться с человеком, который отбывал один из своих сроков в хозотряде. Первый раз, когда он оказался за решеткой и его осудили, он работал в блоке для пожизненно заключенных. В бытность корреспондентом одного из белорусских телеканалов мне доводилось неоднократно бывать в этом жутком месте. Но, по понятным причинам, закулисье я видеть не мог. Этот же арестованный Дима рассказал мне массу интересного о пожизненниках.

О том, что их там за любую малейшую провинность сразу избивают — это я знал и ранее и меня в принципе не удивлял тот факт, что многие осужденные пожизненно выглядят из-за постоянных избиений как затравленные звери. Но я не знал, что же с ними происходит после того, как они попадают в этот самый мрачный блок. Все дело в том, что прежде, чем человека осудят пожизненно, он находится в камере с обычными подследственными и живет обычной жизнью арестанта — не ходит ласточкой, на него не натравливают собак. Все меняется, когда автозак или «столыпин» привозит такого человека в жодинскую тюрьму. Его заставляют раздеться догола. Вещи выбрасывают, выдавая специальную робу. А затем отправляют в душ. Именно там и начинается ад для пожизненника. Прямо в душе его начинают избивать, чтобы сразу понял, куда он попал и как себя дальше вести. В принципе, с одной стороны, когда человека избивают дубинками и натравливают на него собак — становится жалко, но только если не знать, что он — убийца, который лишил кого-то жизни с особой жестокостью. Ведь в Беларуси в подавляющем большинстве на пожизненном сидят исключительно за жестокие убийства.

Комментарии 0

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *